Морозов. Книга 6 [СИ] - Гоблин MeXXanik

Я заметил на шее каждого странные амулеты из дерева и ниток. Они напоминали примитивных человечков. От созерцания меня отвлек управляющий коптерами.

— Обстановка спокойная, — сообщил он и указал на пару участков на карте. — Вот тут сигнал прерывался, и картинка пропадала.

Я поманил проводников, которые стояли поодаль и лузгали семечки.

— Здравы будьте, — они поклонились.

— Как вас звать?

— Леньками нас кличут, — сообщил один, который был чуть выше остальных. — Я длинный Ленька. Тот вон… — он указал на рыжего парня.

— Рыжий, — догадался я.

— А я Щербатый Ленька, — сообщил третий и ощерился сколотыми зубами.

— Лысый, — буркнул четвертый и стянул с себя мятую кепку, показав гладкий череп.

— Скажите, что тут за место? — я ткнул в точку на карте, где пропадала связь.

— Бревно поваленное, — осторожно, ответил Щербатый. — Мы там обычно оставляем лишние вещи.

— Какие? — уточнил Олег и парни смутились.

— Отвечайте, — недовольно велел Пахом.

— Когда кого-то ведем, то все, что с собой понабрали лишнего тама и сгружаем.

— Кого туда водят? — нахмурилась Марья.

— Да понятно, что туристов, — махнул рукой Иван и пояснил, — я видел, что на площадке для тренировок кто-то паркует машины. Там много следов. И всякого мусора, вроде сигаретных бычков, которые явно не принадлежат местным.

Пахом принялся чесать красную шею.

— То есть, туристы идут в лес, а вы уже там, у бревна, сообщаете им, что тащить с собой гаджеты, провиант или палатки не стоит?

— Ну, они ж сами ныть начинают, что тяжело им и телефоны не работают, — замялся Щербатый.

— И куда эти вещи деваются? — насторожился Олег.

— Какие?

— Ну те, что вы у бревна оставляете?

Проводники замялись и оглянулись на старосту, а тот предпочел сделать вид, что ничего не заметил.

— Говорите. Мы уже и так поняли, что вы приворовываете, — мрачно приказала Алина и я поразился тому, какой суровой она умела казаться.

— Часть вещей я в себе в котомку складываю, потому как иду последним и отстаю, — Длинный Ленька шмыгнул носом. — Потом отдаю Пахому.

— А остальное? — я решил не акцентировать внимание на присвоении чужой собственности. В конце концов, туристы должны думать головой и понимать, куда суются.

— Остальное пропадает, — мрачно бросил Лысый.

— Кто-то ведь забирает, — настаивала на ответе Алина.

— Когда мы идем обратно, то вещей уже нет, — Длинный облизнул пересохшие губы. — Так что то, что я в котомку положил, считай спас от нечисти лукоморской.

— Вам всего лишь стоит проверять рюкзаки идиотов, которые собираются в поход и сразу оставлять тут все лишнее, — Суворов скривился. — Вы просто падальщики.

— Мы никого не убиваем, — возразил Рыжий, который до того молчал. — И всех ведем по крайней тропе, куда нечисть не суется. И приводим обратно.

— А чего вы им показываете?

Парни опять смутились, но не стали ждать понуканий.

— У нас чучела припрятаны кой-где. Их можно за веревки дергать и они шаволются. И свистки, которые удобно незаметно приоткрыть для ветру и будет звук жуткий.

— Театральная постановка, — умилилась Марья.

— А нас по какой тропе собрались вести? — тут же спросил я.

— Вам же надо к ентому камню ведовскому, — высокий Ленька провел пальцем по карте, чтобы указать в излучину реки. — И придется идти по дуге, чтобы обойти все нехорошие места.

— Да у вас тут все схвачено, — изумилась Марья. — Зачем вам тогда ведьмаки? Если вы так хорошо ориентируетесь в Лукоморье?

Парни посмотрели на старосту, и тот уже не смог молчать.

— Синод приказал оказать вам содействие. Говорят, что в соседних деревнях пропадают люди.

— У вас не так? — Марья сощурилась.

Пахом бросил на меня испуганный взгляд, который меня вовсе не смутил.

— У нас никто не пропал, кроме нескольких гостей. Но те дурные были, и хмельные ночью пошли в лес.

Я не верил, что несчастные были пьяными. Скорее всего кошка заманила их в чащу, чтобы восстановить численность жителей в приграничной зоне.

Отослав проводников, мы с ведьмаками встали в круг.

— Мне все это не нравится, — сразу пояснила Алина. — Разве то, что они делают законно?

— Мы можем закрыть глаза на маленький бизнес этих деревенщин, раз он никому не мешает, — предложил Суворов и пояснил, — если мы поднимем шум, то чем это нам поможет? Ну, водят они в лес всяких адреналинщиков. Дурят их. Что с того? Если кто-то готов рисковать своей шкурой ради того, чтобы себе нервы пощекотать, то невелика потеря, когда этот бедолага сгинет.

Алина недовольно поджала губы и посмотрела на меня, словно ждала поддержки.

— Мы вернемся и все решим, — негромко пообещал я. — Давайте сейчас сконцентрируемся на действительно важном. Нам надо дойти до ведовского алтарного камня и разведать обстановку. При этом остаться живыми.

— Думаешь, тут правда может быть опасно? — беспечно спросил Иван.

— Я доверяю своему чутью, — ответил я и повел плечами. — Вам самим не кажется, что на вас кто-то смотрит из чащи?

Все напряглись, но ответила только Марья.

— С того момента, как ты пропал на дороге, меня не покидало это странное чувство. Но я думала, что это просто нервы сдают.

— Ты нервничаешь? — озаботился Пожарский, но сестра от него лишь отмахнулась.

— Предлагаю быть осторожными и не геройствовать. Если понадобиться доснимем кадры, где каждый покажет себя лучшим ведьмаком, — я заметил, как помрачнел Суворов. — Но сейчас будем осмотрительными.

Возражений не было. Все настроились на серьезный лад и принялись осматривать свое оборудование.

Я заметил, что Алина оделась в закрытый брючный костюм, натянула удобные ботинки.

— Что? — спросила она, когда отметила мое внимание. — Ты ведь не думал, что я по лесу буду бегать в юбочке.

— Хорошо, что кураторы одобрили, — ответил я.

— Не одобрили, — девушка вздохнула. — Но я сказала, что кормить комаров и рисковать распороть кожу о какую-нибудь ветку, не стану.

— И правильно, — Марья хлопнула девушку по плечу. — Надо заботиться о своем комфорте, а потом уже об имидже.

— Тебе хорошо говорить, — Шереметьева с тоской посмотрела на куртку подруги.

— Я хотела коротко подстричься, — негромко сообщила Марья. — Но пришлось оставить длинные косы. А они очень неудобные во время боя.

— Понимаю, — вздохнула Алина и свернула свои волосы в тугой узел. — Не стану я ходить по лесу с распущенными. Пусть кураторы хоть позеленеют от злости.

— Победителей не судят, — Олег подошел ближе и приобнял сестру. — Пообещай, что не станешь делать глупостей и будешь…

— Умницей, — продолжила за него княжна и прильнула к брату. — Не беспокойся, я тебя не подведу.

— Я переживаю за тебя, а не за репутацию семьи, — парень коснулся губами ее лба. — Мы все тобой гордимся и тебе нечего доказывать. Если тебе настолько неприятен твой образ, то по возвращению домой мы его поменяем.

— Хорошо, — не стала отказываться Шереметьева.

— Вот и славно, — княжич перевел взгляд на меня, но говорить ничего не стал.

Я и так понял, что он хотел до меня донести. Мне и без того было ясно, что надо приглядывать за самой младшей в нашей группе.

— Выдвигаемся, — предложил я и вся компания направилась в сторону заповедника.

Где-то у горизонта полыхнула молния и до нас донесся глухой раскат грома.

— Только дождя нам не хватало, — проворчал Иван.

— Не извольте беспокоиться. Тут часто молнии бьют. Но не будет дождя, милсдарь, — сообщил Рыжий Ленька.

— Ты точно знаешь?

— Так лягухи квакают в ручье звонко, — улыбнулся Щербатый.

— Вот в такие моменты я завидую деревенским, — проворчал Суворов и сделал глоток из небольшой фляжки.

Мы ступили в тень деревьев, и тропа повела нас в глубину Лукоморья.

На тропах Лукоморья

Густые кроны слабо пропускали свет, расчерчивая тропу кружевом теней. Я заметил вертких белок, которые спрятались в ветвях, и с любопытством провожали нас бусинками глаз. Очевидно, что людей они не боялись и точно знали, что у них можно поживиться чем-то съестным. И в подтверждение моего предположения одна из хитрых животин спрыгнула на куст, рядом с дорожкой и потянулась лапками в сторону Алины. Девушка умиленно заулыбалась и вынула из кармана пакетик с орехами.

— Осторожнее, — предупредил я. — Потом не отобьешься от наглых грызунов.

Девушка фыркнула и протянула ладонь к белке, которая ловко стащила весь пакет и сбежала на ближайшее дерево. Однако Шереметьева не выглядела расстроенной.

Не особенно мне нравился настрой ведьмаков, которые воспринимали нашу вылазку прогулкой. В этом была и моя вина. Быть может, мне стоило рассказать им о произошедшем ночью. Только тогда я рисковал раскрыть план, который мне посоветовала Ягиня. Может быть, я и доверял бесшабашному Пожарскому, его сестре и доброй Алине, но все же не настолько, чтобы обнажать свои